Архив | 2014

Вход Господень в Иерусалим. Вербное Воскресение

 

ВходВход Господень в Иерусалим — переходящий двунадесятый праздник, который всегда празднуется в воскресенье, предшествующее Пасхе. Все четыре евангелиста повествуют о Входе Иисуса Христа в Иерусалим за несколько дней до крестных страстей Его. Когда после чудесного воскрешения Лазаря Иисус Христос за шесть дней до Пасхи собрался для празднования ее идти в Иерусалим, то многие из народа с радостным чувством последовали за Иисусом, готовые сопровождать Его с торжественностью, с какою в древние времена на Востоке сопровождали царей. Первосвященники же иудейские, негодуя на Иисуса за то, что Он возбуждал к Себе необыкновенное почитание в народе, задумали убить Его, а также и Лазаря, «потому что ради него многие из Иудеев приходили и веровали в Иисуса».

Но произошло неожиданное для них: «Множество народа, пришедшего на праздник, услышав, что Иисус идет в Иерусалим, взяли пальмовые ветви, вышли навстречу Ему и восклицали: «Осанна! Благословен грядущий во Имя Господне, Царь Израилев!» Многие подстилали свои одежды, срезали ветви с пальм и бросали по дороге, дети приветствовали Мессию. Уверовав в могущественного и благого Учителя, простой сердцем народ готов был признать в Нем Царя, который пришел освободить его.

Далее евангелисты повествуют: «Иисус же, найдя молодого осла, сел на него, как написано: «не бойся, дщерь Сионова! се, Царь твой грядет, сидя на молодом осле». И вошел Иисус в храм Божий, и выгнал всех продающих и покупающих в храме, и опрокинул столы меновщиков и скамьи продающих голубей. И говорил им: написано: «дом Мой домом молитвы наречется», а вы сделали его вертепом разбойников». Весь народ с восхищением слушал учение Господне. После чего к Иисусу приступили слепые и хромые, которых Он исцелил. Затем, покинув Иерусалим, Он вернулся в Вифанию.

Праздник Входа в Иерусалим от употребления в этот день ваий (пальмовых ветвей и верб) называется также Неделей ваий и Вербным Воскресением.

Церковь напоминает этот торжественный Вход в Иерусалим в последнее воскресение Великого поста и воспевает. (Кондак, глас 6-й):

«На престоле на небеса, на жребяти на земли носимый, Христе Боже, Ангелов хваление и детей воспевание приял еси, зовущих Ти: благословен еси, грядый Адама воззвати».

За утреней присутствующим раздаются зеленеющие ветви со свечами в память того, что встречали Господа с пальмовыми ветвями в руках.

Вход Господень в Иерусалим. Неделя ваий

Красуйся и радуйся Церкве Божия:

се бо Царь твой прииде в правде,

на жребяти седя, от детей воспеваемый:

осанна в вышних!

День Вербного Воскресения — торжественный и светлый, на время преодолевающий сосредоточенно-скорбное настроение Великого поста и предваряющий радость Святой Пасхи. В празднике Входа Господня в Иерусалим ярко загорается слава Христа как Всемогущего Бога, и как Царя, сына Давидова, Владыки, приветствуемого избранным народом Божиим. В этот день Церковь вспоминает, что пришедшие на праздник Пасхи иудеи встречали Иисуса как мессию, как пророка, как великого чудотворца, ибо знали, что Он незадолго до этого воскресил четверодневного Лазаря. Взрослые и дети пели и ликовали, подкладывали под ноги осла, на котором Он ехал,свои одежды, встречали Его зелеными ветвями и цветами. От обычая употреблять в этот праздник вайи (ветви финиковой пальмы) он называется Неделею «Ваий», «Цветоносия», «Цветною». У нас же этот праздник называется «Вербным воскресением», т. к. вайи заменяются вербой, поскольку ранее других деревьев являет она признаки пробуждающейся после долгой зимы жизни. Стояние с этими ветвями и зажженными свечами — это воспоминание торжественного Входа Царя Славы на вольные страдания. Молящиеся как бы встречают невидимо грядущего Господа и приветствуют Его, как победителя ада и смерти.

В воскресенье вечером богослужебные тексты свидетельствуют о наступлении Страстной, или Великой, седмицы. Начиная с вечерни недели Ваий, все песни Триоди Постной ведут нас по следам Господа, грядущего на вольную смерть.

Источник

 

Как проводить Великий пост

10524

С Великим постом!

Дорогие мои, вот и вступили мы в Великий Пост, в спасительное время подготовки к величайшему событию в истории человечества – к встрече Воскресшего Господа нашего Иисуса Христа. Для многих Великий Пост не новость и они уже прониклись незабываемым благоуханием этого одновременно и скорбного и радостного ожидания обновления своей души, когда она остро ощущает и свое недостоинство, но и присутствие Божие здесь, рядом и даже в себе. Но есть среди нас и те, кто недавно услышал призвание на путь следования за Христом и для них это первый Великий Пост. Вот им я и хочу расказать, что значит для христианина первая седмица Великого Поста и как ее должно проводить. А тем, кто уже дорожит этим благодатным временем, не грех напомнить, как проводили говение наши  благочестивые и богобоязненные предки. Я еще застал время этого удивительного единодушия, когда на жизнь всего российского общества Великий Пост незримо налагал свои спасительные узы и казалось, что все живут одним сердцем, одними чувствованиями.

«Днесь весна душам» — говорит Св. Церковь. И первая неделя Великого Поста всегда в преддверии весны, когда природа пред глазами всего человечества ежегодно таинственным языком повторяет учение о воскресении мертвых, живописуя его чудом своего оживления, напоминая, что время зимней «смерти» для нее кончается, впереди воскрешение жизни. И в нашем подсознании начинается то же ожидание обновления души и радование о том, что это непременно произойдет. Воскресает природа, но ведь и мы тоже природа и наши души ждут своей весны — своего воскресения. Так начинается пост – праздник души.

И как-то само собой отступают на задний план суета и назойливые житейские дела, которые в другое время властно диктуют свои требования и подчиняют себе весь строй нашей жизни,  когда мы, рабски не задумываясь, повинуемся их насилию. В пост все по другому. С прощеного воскресенья душа, как бы истрезвившись настраивается на строгий лад, ведь надо вспомнить кого и чем я умудрился обидеть, и как трудно признавать, что это именно я виноват. Трудно, но что делать? Надо!

С завтрешнего дня начинается неделя говения. Говение – подготовка к исповеди, сама исповедь и причащение Св.Христовых Тайн. Строгие великопостные службы  настраивают на покаянный лад. И вопрос «по Божьи ли я живу»? — все чаще тревожит сознание –это благодать Божия стучится в сердце. На первой седмице говение особое. Это отчет пред Богом за весь прожитый год со строгой проверкой себя, своей жизни пред лицем Правосудия Божия. Какое немыслимое соотношение — Бог Всемогущий, Всесильный, Всеведущий Творец и мы слабые, немощные по душе и телу, но любимое Его творение, не умеющее  любовью ответить на Его Любовь. Не это ли порождает в нас смиренное сознание своего недостоинства и греховности.

Наши боголюбивые деды и бабушки проводили всю первую неделю в строгом воздержании, неукоснительном посещении Божьего храма. И дома уже не до забот о трапезах. Заранее тщательно мылась и выжаривалась посуда, чтобы и запах не смутил воздержников. Св.Евангелие, Псалтирь появлялись на видном месте, безгласно напоминая о духе этого особого времени. Идет Великий Пост!

Церковную исповедь предваряло домашнее покаяние и очищение совести. Проверяя себя, душа сокрушалась от зрения одних грехов,  вспоминала и оплакивала другие, давала обет изжить третьи, каялась в греховных привычках. В семьях водворялась особая благоговейная тишина и мир. Все это совершалось в предощущении суда Божия на предстоящей церковной исповеди. Готовясь к этому суду, идя на исповедь они заранее знали в чем будут каяться, пережив уже личную исповедь в душе своей. Кроме того внимательные говельщики устанавливали  связь нынешнего покаяния с прошлогодней своей исповедью.

«Вот поговею, пойду к духовнику, а он меня спросит, как боролась с грехами исповеданными ранее, исполнила ли эпитимию, совет, данный тогда. Что я ему отвечу? Не грешу ли доселе теми же  привычными грехами»?  И начинается опять воспоминание, которое усиливает покаянное чувство, обостряет сознание ответственности и располагает к исправлению, понуждает к борьбе с  греховными наклонностями и привычками. Страдания души от осознания своей крайней греховной немощи порождают столь необходимую для покаяния и исправления неприязнь ко греху, за который уже в который раз приходится отвечать пред Богом на исповеди. Неприязнь и отвращение ко греху (особенно главному в себе) заставляет внимательно относиться к своим поступкам в жизни, думать о мерах, как предупредить повторение греха. Намечаются и изменения жизни, чтобы  предотвратить саму возможность отягчаться бременем греховным. В одном случае думается о прекращении внутренней связи с сомнительными друзьями; в другом – о изменении распорядка своего дня ( в связи с необходимостью наладить выполнение утреннего и вечернего молитвенного правила), в третьем о необходимости оказания помощи нуждающимся в ней. И так незаметно эгоизм уступает место думам  спасительным, и покаянные чувства становятся споспешниками спасения.  Это уже не формальное перечисление кое-каких грешков, но истинное покаяние, на которое приходит прощение, и душа его чувствует.  И уже не по течению общего потока плывет человек, но согласно своим верованиям и устремлениям.  Последуем своим предкам и мы, ведь именно так зарождается духовная жизнь. И да не отвлекут нас, чада Божии, от спасительного покаяния многочисленные вражьи приманки, так щедро в нынешней жизни предлагаемые. Отстраним от экранов телевизоров любопытствующий взор. Помочь бедствующему в безбожии миру не в наших силах; устранимся сами от развлечений с поющими и танцующими – ведь это начало вечного плача; оградимся страхом Божиим,  ибо определенно знаем, что многие пророчества о будущем земли уже исполнились. Будем помнить, нет пользы в делах наших, если они соделаны для личного благополучия и корысти земной, а не ради Бога и своего спасения. Спасение человека вот – высочайшая и единственная цель Божией Любви, примем ее и мы для себя единственной целью жизни, покаянием следуя по спасительному пути.

А Св. Церковь из года в год на каждой великопостной службе напоминает: «встань, душа, состаревшаяся во грехах, обновись покаянием, древних прегрешений исцели язвы». Но истинному покаянию в нас часто мешает суетность нынешней жизни  порождающая нечувствительность ко греху, привычка творить грех, не замечая его разрушительной для души силы. «Привычка – вторая натура» — говорит пословица, и чем больше удовольствия и сладости доставляет нам грех, тем надежнее он приживается в душе, становясь гибельной привычкой. В привычках же мы каемся крайне редко, так  появляется в нас нераскаянность во грехе, которая страшнее самого греха. Творя грех и каясь в нем, мы не теряем надежды на прощение, и милость Божия покрывает грешника. Нераскаянность лишает нас этой надежды, обрекает на духовную смерть, разлучая с Господом. Нераскаянные грехи, укореняясь, глубоко проникают в во все движения души и всецело овладевают нами. Власть их над нами обьясняется тем, что они обретают в нас самих сильного союзника – наше самолюбие и гордость.

Гордость же все наши грехи и пороки представляет нам незначительными, общечеловеческими слабостями и  недостатками и тем усыпляет совесть, порождая нерадение о своем спасении. Кто из нас не произносил слов или не думал ими: «с кем греха не бывает, один Бог без греха» или «без греха и дня не проживешь и шага не шагнешь»; « не ошибается и не грешит лишь тот, кто ничего не делает». Так почти личиной добродетели смягчаются многие и даже тяжкие грехи наши. Да не будет этого с нами, дорогие мои. Спасительно честно и мужественно смотреть на неправды и беззакония нашей жизни, чтобы не быть в самообольщении и самообмане. Время говения должно стать для нас напряженным внутренним подвигом, решающим делом жизни. От этого будет зависеть получим ли мы сокровище духа к возрождению жизненных сил для спасения, или духовное увядание своей тенью исказит будущее. Нераскаянностью мы теряем Бога, теряем радость вечной жизни, обрекая себя одной участи с врагом Божиим.

 «Но мы бессильны, мы немощны, где же нам противостать силе вражией, воюющей на нас» — думаем мы. Дорогие наши, веру, живую веру надо иметь нам слову Божию. И опыт этой веры не замедлит явиться.

«Без Меня не можете творити ничесоже»-говорит нам Сам Господь и «Сила Божия в немощи совершается». И Господь близь и немощь при нас, а значит «слава Богу»! К жизни в Боге и ко спасению препятствий нет. Благодатная помощь Божия готова для кающегося, а великопостные покаянные молитвы от сердца нами произносимые не могут быть не услышаны.

«Покайтесь»! – этими словами заканчивается Ветхий Завет (Мф.3,2) «Покайтесь» — ими начинается и Новый (Мф.4,17) – настолько необходимо и важно покаяние. Господь « не хотяй смерти грешника» ждет нашего покаяния, чтобы оживотворить и обновить души наши, чтобы быть с нами и в нас. Покаянием, только истиным покаянием  «не в суд или во осуждение» предстаем мы пред святыней Тела и Крови Спасителя  нашего. Причащение Святых Христовых Таин венчает говение и полагает  «начало» новой жизни. Приступите и видите, яко благ Господь. Аминь.

Архимандрит Иоанн (Крестьянкин)

Источник

Вселенская родительская суббота

23.02

Святая Церковь установила особенные дни для торжественного, всеобщего, вселенского поминовения всех от века преставившихся отцов и братий по вере, сподобившихся христианской кончины, равно и тех, которые, быв застигнутыми внезапной смертью, не были напутствованы в загробную жизнь молитвами Церкви. Совершаемые при этом панихиды, указанные уставом Вселенской Церкви, называются вселенскими, а дни, в которые совершается поминовение, — вселенскими родительскими субботами. В кругу богослужебного года такими днями общего поминовения являются:

Суббота мясопустная

 Посвящая Неделю мясопустную преднапоминанию последнего Страшного суда Христова, Церковь, ввиду этого суда, установила ходатайствовать не только за живых членов своих, но и за всех, от века умерших, во благочестии поживших, всех родов, званий и состояний, особенно же за скончавшихся внезапной смертью, и молит Господа о помиловании их. Торжественное всецерковное поминовение усопших в эту субботу (а также в Троицкую субботу) приносит великую пользу и помощь умершим отцам и братиям нашим и вместе с тем служит выражением полноты церковной жизни, которой мы живем. Ибо спасение возможно только в Церкви — сообществе верующих, членами которого являются не только живущие, но и все умершие в вере. И общение с ними чрез молитву, молитвенное их поминовение и есть выражение нашего общего единства в Церкви Христовой.

Источник

Сретение Господне

mrlsrel_12_bigСлово «сретение» значит встреча. На сороковой день после Рождества Христова Дева Мария в сопровождении Иосифа Обручника принесла Своего Сына в Иерусалимский храм, чтобы исполнить закон Моисея. В притворе храма два ветхозаветных праведника — Симеон, названный Богоприимцем, и Анна встретили Святое Семейство.

Симеон происходил из священнического рода. В молодости он участвовал в переводе Библии на греческий язык. Анна, которую народ почитал как пророчицу, всю жизнь неотлучно находилась при храме. В символическом плане праздника Симеон олицетворяет Священное Писание, Анна устное предание храма.

Храм — место таинственной встречи. Душа, очистившись в пламени покаяния, как руда в горниле, встречается с Богом. Она ощущает Божественную благодать, как новую жизнь, как незримый свет, как присутствие Божие, как истину и небесный покой. Теперь Симеон и Анна не только верой сердца, но и очами своими видят Бога. Храм — мистический центр мира, где сходятся все меридианы и сферы земли и неба. Храм — преддверие вечности. Там пространство теряет свою протяженность, а время — одномерность и необратимость. В пространстве храма заключается вся Вселенная. Время в храме свернуто, как пергаментный свиток, на котором записана история мира от первого дня творения до Страшного Суда. Его можно раскрыть и прочесть в ритмах богослужения. В храме время циклично: сутки, неделя, месяц, год подобны вращающимся кругам, вложенным друг в друга. Святая Святых храма — это неподвижная точка в движущемся космосе. В храме вместе с людьми ангелы составляют единый хор, где каждое слово превращается в небесный луч. Храм — это океан незримого духовного света. В храме Небесная Церковь встречается с Церковью земной.

По закону Моисея, мать на сороковой день после рождения ребенка должна была принести его в храм. Если это был первенец, то за него полагался символический выкуп. По закону Моисея, первенца мужского пола посвящали Богу. Старший сын должен был исполнять какие-либо работы для храма. Когда с течением времени потребность в таких работах исчезала, то, установился обычай приносить жертву как выкуп за первенца. Для бедных это была покупка двух голубей при храме, которых затем выпускали на волю. Только после очистительной молитвы в притворе храма мать могла посещать храм.

В течение сорока дней после Рождества Христова Дева Мария жила в Вифлееме, в доме Саломии, Своей родственницы, дочери Иосифа Обручника от его первого брака. Так как Евангелие еще не было возвещено миру, то Дева Мария строго исполняла все законы и предписания Ветхого Завета. Иоанн Богослов назвал Бога любовью, другое имя Бога — смирение. Смирение — это печать Христа на челе святых.

Дева Мария с Младенцем на руках в сопровождении праведного Иосифа идет в Иерусалим. Матерь Божия, святостью Своей превосходящая Серафимов, Нерукотворный храм Божий, повинуясь закону, идет в Иерусалимский храм, чтобы принять обряд очищения. Та, перед которой склоняются ангелы, склоняет голову Свою под благословение священника. Мария и Иосиф приносят искупительную жертву за Того, Кто присутствием Своим освящает храм и Святая Святых, кто станет Жертвой за грехи всего мира. Как царь, переодевшись нищим, осматривает свои владения, так Владыка храма в образе сорокадневного Младенца, входит в Свой Дом. Эту тайну знают только ангелы-хранители и двое святых — Симеон и Анна. Также посвящен в эту тайну первосвященник (старший священник чреды) Захария, отец Иоанна Предтечи. Старец Иосиф держит в своих руках клетку с двумя горлицами — жертву за Иисуса, которых затем выпустили на волю. Это пророчество о том, что Иисус Своей Голгофской жертвой освободит души людей из темницы ада, даст им свободу и Свой вечный небесный покой.

В Иерусалимском храме Ветхий Завет в лице Симеона Богоприимца и Анны Пророчицы встретился с Новым Заветом, Младенцем Иисусом, лежащим на руках Пречистой Девы.

Святой Симеон Богоприимец во время перевода книги пророка Исаии решил вместо слов: «Дева родит Сына» написать: «молодая женщина родит сына», но был остановлен ангелом, который возвестил ему, что тот не умрет, пока не увидит воочию исполнение пророчества. Прошли годы и десятилетия. Три раза Старец встретил рубеж веков, но смерть как будто забыла о нем. Жители Иерусалима рассказывали своим внукам, что их отцы и деды видели в детстве своем праведного Симеона, который неизменно каждую субботу приходил на молитву в храм. Старец был живой летописью Израиля.

Встретив Марию в Иерусалимском храме, Симеон взял на руки Иисуса и благословил Бога. Пророчество исполнилось. Время отшествия Старца из этой жизни приблизилось. Он произнес слова вдохновенной молитвы: Ныне отпускаешь раба Твоего, Владыко, по слову Твоему с миром: ибо видели очи мои спасение Твое, которое Ты уготовал пред лицом всех народов, свет к просвещению язычников и славу народа Твоего Израиля. Эту молитву Церковь поет ежедневно на вечернем Богослужении. Затем Симеон, обратившись к Божией Матери, пророчески сказал, что Ее сердце пронзит меч скорби. Кто больше любит, тот больше страдает. В Иерусалимском храме Она впервые пережила Свою Голгофу. В словах пророка Она увидела то, что ожидает Ее Сына. Уже в то время Ирод подозревал, что его обман раскрыт, и волхвы не вернутся в Иерусалим. В царском дворце обсуждались планы, как найти и умертвить Новорожденного Царя Иисуса. Престарелый и больной Ирод решил приготовить себе погребальную тризну — умертвить всех Вифлеемских младенцев. По преданию Симеон Богоприимец был убит у стен храма воинами Ирода, которые допрашивали его, где находится Иисус.

В день Сретения Бог, невидимо пребывающий в храме Своей благодатью, видимо вошел в него. Закрываются последние пророческие книги. Ветхий Завет уступает место Новому Завету. Так бледнеют и меркнут алмазные звезды — краса ночного небосвода — в лучах восходящего солнца. Скоро будет разрушен Иерусалимский храм, но от его основания, как молодые побеги от корня, раскинутся по всей земле христианские общины.

После принесения жертвы Святое Семейство возвратилось в Вифлеем. У южных ворот Иерусалима, за городской стеной, высился, как мрачная каменная глыба, дворец Ирода. Узкие, как щели, окна башни были похожи на глаза змея, который неподвижным пристальным взглядом смотрел на дорогу. Дева Мария хранила глубокое молчание, прижав Младенца к Своей груди. Так при виде зловещей черной тучи спешат одинокие путники, чтобы скорее достигнуть пристанища и найти себе кров от надвигающейся грозы.

Архимандрит Рафаил (Карелин)

Источник

Перенесение мощей святителя Иоанна Златоуста

488429

Перенесение мощей свт. Иоанна Златоуста

Память 9 февраля по новому стилю (в этом году переносится на 8 февраля)

В изложении святителя Димитрия Ростовского
После того как прошло тридцать и даже более лет со времени кончины (1) великого вселенского учителя, святого Иоанна Златоустого, в городе Команах (2), – святейший Прокл, бывший некогда учеником его, а затем заместителем, его престола (3), совершая летом, в память его, богослужение в Великой Константинопольской церкви, произнес слово к народу, прославляя угодника Божьего многими похвалами.
“Никто не может, – говорил он, – восхвалить святого Иоанна по достоинству, – разве только другой бы такой же Иоанн ныне явился. Подобно переполненной водами реке, память его, слагающаяся из воспоминания его бесчисленных трудов, подвигов и наставлений, напаяет души верных. В нем сияют лучи благодати Божьей, в которых одному с ясностью является солнце Божества, другому представляется очищение православия от ересей, иному показывается гибель идолов, для иного обнаруживается лживость заблуждений, иной видит утверждение веры и исправление нравов, для иного блистают небесные венцы. О, архиерей, память которого подобна исполненному благоуханий воздуху! О, имя Иоанново, соответствующее делам! О прозвание Златоустым, явственно показывающее, каким он был в проповеди слова Божьего! О, язык, высший небес! О, учитель, распространяющий евангельские громы! Это – Иоанн, подобный Иоанну Предтече Господнему, проповедовавшему покаяние. Тот был проповедник, этот – богогласная труба. Тот был непоколебим, этот непобедим. Тот – девственник, этот – защитник чистоты. Тот крестил в пустыне, этот в городе расстилал мысленные сети. Тот обличал прелюбодея, этот грозно обличал хищников. Тот был брошен в темницу, этот заточен в изгнании. Тот был усечен мечом, этот желал принять такую же смерть за истину. Много у него было подвигов на земле; много венцов уготовано ему на небе. Иоанн ныне взывает вместе со святым апостолом Павлом: я – Христово благоухание (2Кор.2:15), ибо я все места очистил от заблуждений, как бы от зловония: в Ефесе я устранил обманы Мида, во Фригии матерь ложных богов я сделал бесчадною, в Кесарии я разорил народные блудилища, в Сирии я упразднил богопротивные сонмища, в Персии я посеял семя благочестия. Повсюду я насадил корни православной веры; весь мир посредством своего учения я просветил познанием Бога. Составляя книги, я всюду распространил сети спасения. С Иоанном Богословом я богословствовал о Слове Отчем. Вместе с рыбарями я бросил в мир мрежи православия. – О, Иоанн! Жизнь твоя по истине была исполнена скорби, но смерть твоя почетна, гроб твой славен, награда твоя велика!”
Когда беседовал так Святой Прокл в церкви, народ, горевший любовью к святому Иоанну Златоустому, не мог дождаться конца беседы, но громким голосом все, точно одними устами, взывали к святейшему Проклу, прося его поторопиться возвращением святых мощей Иоанна из Коман в Константинополь. Громкие клики раздавались в церкви так долго, что патриарх не мог окончить своей беседы. Тотчас после отпуска церковного, святейший Прокл отправился к царю Феодосию (4), сыну Аркадия, внуку Феодосия Великого, и просил его о перенесении честных мощей Иоанна Златоустого, говоря:
— Возврати, царь, евангельски родившего тебя святым крещением и святительскими руками внесшего тебя в церковь, как некогда старец Симеон Господа. Церковь взывает к тебе: красота моя поблекла, уста закрылись, великолепие омрачилось. Дикий вепрь растерзал пастырей Златоустовых овец, и кровожадные звери уничтожили плоды уст моих.
Зависть осквернила святыню служителя моего; как в лесной дубраве секирами, отсекли его от меня и заключили его в гробе молчания. Друзья еретиков говорили между собою: заградим уста, говорившие многое против нас. Посрамим его речи, ибо никто уже не сможет так учить и никто уже не возразит нам. Доколе, царь, будет враг поносить меня ради Златоустого? Возврати мне того, который был подобием Жениха моего Христа. Даруй мне, своей матери, твоего духовного отца. Хотя и отстранила его от меня твоя плотская мать, но ты не следуй ее немилостивому сердцу и дурному намерению, а поревнуй святыне духа, без которой никто не увидит Господа. Прошла слава Евдоксии (5), а Церковь всегда пребывает. Я – твоя мать на вечные времена. Дай мне возможность повсеместно распространять радость возвращением Златоустого, и ты будешь иметь во мне ходатаицу о тебе пред Богом. Приобрети душу Златоустого в качестве молитвенницы о тебе. Будь сыном правды, утверждаемым отеческою молитвою!
Так, сказав многое от лица Церкви, он склонил царя к согласию. Были посланы в Команы почетнейшие мужи с серебряною ракою, чтобы перенести святые мощи Иоанна Златоустого с великим почетом. Когда они прибыли туда и показали царское послание команскому епископу и всему народу, наступила великая скорбь между людьми, печаль и рыдание по поводу лишения такого Великого сокровища. Народ не хотел отдавать святых мощей. Много рассуждали по этому поводу; однако, не могли противиться царскому повелению. Когда же посланные царем люди хотели взять из гроба святые мощи, они тотчас стали тяжелее камня и всякой другой тяжести, так что, при всех усилиях, невозможно было сдвинуть их с места. Посланные много потрудились, но ничего не достигли. Поняв из этого, что святой не соизволяет, чтобы его мощи были взяты оттуда, они тотчас письменно известили об этом царя. Царь, посоветовавшись с святейшим патриархом и другими святыми мужами, понял свою ошибку, – именно, что он не с молением, а с повелением послал взять из Коман мощи святого Иоанна. Он задумал написать к нему послание, как бы к живому, прося прощения за свое дерзновение и умоляя его, чтобы он соизволил возвратиться на свой престол и утешить свое стадо. Он написал своею рукою следующее:
“Вселенскому учителю и духовному моему отцу, святому Иоанну Златоустому, Феодосий царь: твое честное тело, честнейший отец, признав как бы бездушным, подобно телам прочих умерших, я повелел немедленно перенести к нам, но не получил желаемого по причине моего недостоинства. Ныне же к тебе, как к живому, посылаю сию мою собственноручную просьбу и с верою прошу прощения мне и людям твоим. Прости мне дерзновенно предпринятое начинание, покрыв его глубиною твоей мудрости. Ты, учивший всех покаянию, прости кающегося. Как детям, любящим отца, возврати нам отца и обрадуй пришествием твоим любящих тебя. Помимо великой нужды, усердно умоляю тебя придти к нам, а не повелеваю. Не посрами меня вторично, честнейший отец! Даруй себя желающим тебя видеть: возвратись с миром к себе, и свои примут тебя с любовью”.
Написав это послание, царь отдал его скороходам и повелел, открыв гроб святого, положить его на груди святого и затем совершить всенощное бдение. Когда присланное царем в Команы царское письмо было положено на груди святого Иоанна и когда, затем, по совершении всенощного бдения, царские мужи коснулись честных мощей, Святой тотчас отдался им: он стал так же естественно легок, как и был. Присланные обрадовались и, взяв из гроба честные мощи, положили их в царскую раку. Там находился один убогий человек, имевший от укушения змеи хромую ногу и живший при церквах, прося милостыни. Он взял небольшой покров от гроба святого и отер им свою ногу. Тотчас нога его стала крепка, как и другая, и он стал ходить, прославляя Бога. Весь народ собрался со свечами для поклонения честным мощам святого и проводил их, при перенесении, с обильными слезами и рыданиями. Царские люди отправились в путь и, прошедши беспрепятственно большое расстояние, достигли Халкидонской пристани (6). На встречу святым мощам вышли царь со всем синклитом, патриарх с клиром и бесчисленное множество народа, севшего на корабли. Был приготовлен особый царский корабль для принятия честных мощей Иоанна, в который и была поставлена рака с мощами. Когда возвращались в Константинополь, поднялась внезапно, по Божьему попущению, буря на море. Все корабли были разбросаны туда и сюда; корабль же, на котором была рака с мощами святого, лишившись руля, носился сам по себе, невидимо управляемый не человеческою рукою, а Божьей силою. Он пристал к берегу в том месте, где находился виноградник вдовицы, за который Святой Иоанн Златоустый претерпел столько бедствий и самое изгнание. Так он и по смерти явил ревность по правде и изобличил неправедно причиненную обиду. Тотчас море затихло, корабли сошлись в одно место неповрежденными, и никто не пострадал от морского волнения.
Когда рака с мощами была перенесена с корабля на берег, поднялся весь город и вышел со свечами, кадилами и песнопениями. Клирики, взяв раку, внесли ее первоначально в церковь святого апостола Фомы, а затем в церковь Ирины, иначе называемую церковью мира Христова. Здесь царь и патриарх открыли раку и нашли тело святого Иоанна подобным виноградной лозе, цветущим красотою и нетлением и издающим великое благоухание. Царь, сняв свою багряницу, простер ее над мощами, а затем, припав на перси святого, со слезами говорил:
— Прости, отче, прегрешение, причиненное тебе завистью. Не считай меня сообщником греха моей матери и не допусти, чтобы я страдал от оскомины за родительскую невоздержность. Хотя я и сын твоей гонительницы, однако, я неповинен в причиненном тебе бедствии. Прости ей согрешение, чтобы и я был свободен от упрека, тяготеющего на ней. Преклоняю свой сан к ногам твоим и всю мою власть подчиняю твоему молению. Прости оскорбившую тебя безрассудным насилием, ибо она раскаялась в сделанном тебе и просит прощения, обращаясь к тебе со смирением моими устами так: помяни, отче, твое учительное слово о непамятозлобии и сам забудь мою злобу. Я хочу восстать от падения, но подай мне руку, ты, говоривший: если кто пал однажды, встань и спасешься. Я не могу перенести твоего недовольства мною; даже гроб мой сотрясается, сокрушая мои кости. Боюсь я и вечной казни и того, чтобы не быть устраненною от стояния одесную на страшном суде Христовом. Многих спас ты своими поучениями; да не буду я одна лишена того же спасения. Не оставь меня, зовущей тебе в след, но отомсти за меня врагу моему – дьяволу, ибо это он научил меня оскорбить тебя, как некогда научил Еву согрешить Богу. Не гневайся на меня, незлобивый; непамятозлобствовавший в жизни тленной, не памятозлобствуй и в нетленной. если я, живя временною жизнью, причинила тебе зло, то ты, живя вечною жизнью, будь полезен душе моей. Миновала моя слава, и ничто мне не помогло; помоги же мне ты, отче, во славе своей, которую ты принял от Бога, и прежде чем я буду осуждена на страшном суде Христовом, прости меня безответную.
Говоря эти слова от лица своей матери, царь не переставал плакать, но орошал слезами тело святого, и лобызал его со страхом. Также и святейший Прокл, с любовью лобызая тело святого, взывал:
— Радуйся, христолюбивый отче, сладчайший учитель! Я твое чадо, воспитавшееся от твоего духовного млека. Как ты был прежде меня пастырем, так и ныне ты пастырь: мои овцы суть твои; на твоей пажити доселе питается твое стадо и, стремясь к тебе, не желает следовать другим пастырям. Яви же нам лице твое, и снова заставь услышать голос твой.
Весь народ стремился хотя прикоснуться только к честной раки святого и не отходил от нее день и ночь. На утро мощи святого были возложены на царскую колесницу и отвезены с великою честью и славою в великую соборную церковь святых Апостолов. Когда рака была внесена внутрь и поставлена на патриаршем престоле, весь народ восклицал как бы едиными устами:
— Прими престол свой, отче!
Тогда патриарх Прокл, а с ним и многие достойнейшие мужи увидели, что Святой Иоанн, раздвинул свои мертвые уста, как бы живой, произнес архиепископское благо желание:
— Мир Всем!
Во время совершения святой литургии, много чудесных исцелений было подаваемо от святых Златоустовых мощей болящим, а равно и гроб царицы Евдоксии остановился от своего долговременного сотрясения. Пресвитеры положили святое тело Иоанна в алтаре под жертвенником, с весельем и радостью прославляя Христа Бога, с Отцом и Святым Духом превозносимого во веки. Аминь.
Тропарь, глас 2:
Уст твоих якоже светлость огня возсиявши благодать, вселенную просвети: не сребролюбия мирови сокровища сника, высоту нам смиренномудрия показа. Но твоими словесы наказуя, отче Иоанне Златоусте, моли Слова Христа Бога, спастися душам нашым.
Кондак, глас 1:
Возвеселися таинственно честная церковь, возвращением честных твоих мощей, и сия сокрывши яко злато многоценное, поющым тя неоскудно подавает молитвами твоими исцелений благодать, Иоанне Златоусте.
________________________________________________________________________
1 Святой Иоанн Златоустый скончался в 407 году, около 60 лет от роду. Архиепископом Константинопольским он был шесть с половиною лет, в заточении провел три года и три месяца. (Ради праздника Воздвижения Креста Господня, Церковь совершает память святого Иоанна Златоустого не в 14-й День сентября, когда святитель преставился, но в и3-й день ноября Кроме сего, память Златоустого чествуется еще 30-го января вместе со святителями Василием Великим и Григорием Богословом (См о сем под 30-м числом сего месяца).
2 Команы – город в провинции Понт, на северо-востоке Малой Азии, ныне на этого города – одни развалины.
3 С 437 по 445 г. – Память его празднуется Церковью 20-го ноября.
4 Император Феодосий II Младший царствовал с 408 по 450 год.
5 Евдоксия, – жена императора Аркадия; она особенно сильно враждовала против Иоанна Златоустого и ненавидела его за его обличительные речи. Ее старанием и происками Святой Иоанн был лишен архиепископского престола и заточен в Команы.
6 Халкидон находился против Константинополя, на Азиатском берегу Босфора.

Источник

Празднование Крещения Господня: традиции, воспоминания, чудеса

0b03502dcf1b71688fec37df0db777daОставим пока ответ о смысле праздника под вопросом, а обратимся к воспоминаниям; и этим мы, может быть, подготовимся к главному предмету.

Вот детство. Суровая зима. «Крещенские морозы». Сочельник. Литургия – после обеда, к вечеру. Но никто ничего не кушает – до святой воды, которая освящается в первый раз еще после литургии сочельника. Завтра будет крестный ход на реку, и воду будут святить вторично. Почему? Не думалось об этом. Отложим этот вопрос и сейчас. Так искони велось, «по уставу»: что тут думать?! А нынешняя вода завтра соединится с водой, принесенной с реки, и будет стоять целый год.

И – дивное чудо – она не портится! В этом все мы были уверены. И эта вера не теперь выдумана нами. Еще святой Иоанн Златоуст († 407) говорил: «В сей праздник, в память Крещения Христова, коим Он освятил естество вод, около полуночи, все, почерпнув воды, приносят ее домой и хранят ее во весь год. И происходит явное знамение: эта вода в существе своем не портится от продолжительного времени; но почерпнутая сегодня, она целый год, а часто два и три года остается неповрежденною и свежею и после столь долгого времени не уступает водам, только что взятым из источников». А я сам слышал, что это и теперь совершается. Однажды же мне сообщили, что вода эта не испортилась вот уже сорок пять лет!

Вспоминаю, что после принесения домой святой воды мы, отпивши от нее сами, кропили ею все: и комнату (у нас был домик лишь в одну комнату), и коровник, и отделение для свиней, и погреб – при пении «Во Иордане». Потом зажженною свечечкою коптили кресты над всеми дверями. Никто не объяснял нам, почему это делалось, но мы делали это в той вере, что крестами закрывался вход в наше жилище и даже в скотское помещение «нечистому духу». Потом мы увидим что это имело глубокий смысл. Но почему именно на день Богоявления делалось знамение креста, этого мы богословски не могли объяснить, да и не думали: жили верою, но как-то связывали с искуплением, с распятием. с Крестом… Это вскрылось много после…

Затем уже садились за постный стол… На юге же России в этот сочельник, как и в Рождественский, делалась «богатая (обильная) кутья» Считалось, что хотя еще не наступило шестое января (по старому стилю), но праздник уже открылся: пропели «во Иордане», освятили воду, постились до нее; а потом уже «обедали», а точнее, «вечеряли»… Служба кончалась поздно, к вечеру; а утреня начиналась завтра ранним утром. Но обед был постный: и это правильней, по уставу. При Златоусте, как мы видели, крещенская служба совершалась ночью, как и на Пасху, – только у нас позднее; а у сербов и теперь ночью.

А вот и полночь. Существует, и доселе, предание, что в 12 часов ночи вода «колеблется», как в Пасху солнце при восходе «играет». И одна монахиня говорила мне, что и она сама, и другие монахини видели это знамение в резервуаре около их фонтана.

Утром службы… И не кончая литургии, трогался из церкви крестный ход на реку, при пении стихир «Глас Господень (то есть Иоанн Предтеча) на водах вопиет, глаголя…», «Днесь вод освящается естество, и разделяется Иордан».

И всегда мне представляется множество народа… Даже больше, чем на Пасху: тогда кое-как размещались в храме, хотя давка была такая, что не было (как, например, в Ростове-на-Дону) – никакой возможности протискаться после каждой песни канона. Но на Крещение Господне народ никак не мог вместиться в храм: и большая часть, тысяч пять-шесть, терпеливо стояла во дворе в ожидании освящения воды… Какая требовалась вера! Какое Христоподобное смирение! Какое терпение! Стояли по три-четыре часа!

Ах! От такой веры и сейчас хочется плакать слезами умиления. Опустишь голову и заплачешь… Удержишься, поднимешь голову, посмотришь на это множество – и опять хочется плакать от радости… Едва-едва протиснулись мы до центра храма. А на реке, по льду, до высеченного восьмиконечного креста… Зачитали паремии… Но никто их и не понимал, да и не до этого было: все терпеливо ждали освящения воды. А между тем первая же паремия, из пророка Исаии, такая радующая! Она говорит о процветании безводной пустыни: «Тако глаголет Господь!» Далее приведу (для ясности) по-русски: «Возвеселится пустыня и сухая земля, и возрадуется страна необитаемая, и расцветет как нарцисс! Великолепно будет цвести и радоваться… Укрепите ослабевшие руки и утвердите колена дрожащие! Скажите робким душею: будьте тверды, не бойтесь: вот – Бог ваш; придет отмщение, воздаяние Божие! Он придет и спасет вас. Тогда откроются глаза слепых, и уши глухих отверзутся. Тогда хромой вскочит, как олень; и язык немого будет петь… И превратится … жаждущая земля в источники вод… И будет там большая дорога; и путь по ней назовется путем святым… Льва не будет там, и хищный зверь не взойдет на него; …а будут ходить искупленные… И радость вечная будет над головою их! Они найдут радость и веселие, а печаль и воздыхание удалятся!» (Ис.35).

Какая торжествующая песнь расцвета «пустыни»!

И захотел я однажды посмотреть предыдущую главу: почему говорится в следующей о расцвете? Что было пред этим? Почему и как земля делалась пустыней? Приведу выдержки и оттуда. Печальная картина!

«Приступите, народы! Слушайте и внимайте племена!…

Гнев Господа на все народы… Он предал их заклятию, отдал их на заклание… День мщения у Господа, год возмездия за Сион! И превратятся реки его в смолу… Земля… будет от рода в род оставаться опустелою; во веки веков никто не пройдет по ней. И завладеет ею пеликан и еж; и филин, и ворон поселятся в ней… Никого не останется там из знатных ее, кого можно было бы призвать на царство, и все князья ее будут ничто. И зарастут дворцы ее колючими растениями, крапивою и репейником – твердыни ее; и будет она жилищем шакалов, пристанищем страусов. И звери пустыни будут встречаться с дикими кошками… И коршуны будут собираться один к другому… Ни одно из сих не преминет придти; и одно другим не заменится!» (Ис.34:1–2, 8–16).

Вот какая мрачная картина! И вдруг после этого мы слышим: «Возвеселится пустыня… и расцветет, как нарцисс!» (Ис.35:1), «будет… радость и веселье!» (Ис.35:10)

И такая же радостная паремия – вторая (Ис.55): о силе и спасении Израиля Господом, Божиею помощью.

Из этого содержания паремий видно, что они имеют целью обрадовать верующих расцветом спасения пришедшим на Иордан Спасителем наших – уже не бесплодных, пустых – душ. Впрочем, об этом еще я преждевременно заговорил: о богослужении буду писать после.

Упомянул я уже о фигуре креста, высеченного во льду. В Ростове же на дворе стоял крест, слепленный изо льда. То и другое было красиво (как и кресты на дверях). Но к чему на Крещение крест? Это стало мне понятно уже давно, лет тридцать тому назад, когда я занимался вопросом об Искуплении. Тогда вскрылся мне такой смысл: все Искупление, как известно (Флп.2:1–11), есть дело «истощания», уничижения, смирения Воплотившегося Господа, Сына Божия; и оно началось, с первого же явления Его миру. Но и об этом отложу до объяснения смысла праздника; сейчас же ворочусь к воспоминаниям.

Когда началось самое освящение, когда запели «Во Иордане», неожиданно кто-то из богомольцев выпустил заранее приготовленных голубей. Все мы поняли, что это было сделано в память Святого Духа, явившегося при выходе Господа из Иордана и почившего («пребысть») на крещенном Христе. Это, конечно, не был голубь, – а «как» голубь, «в виде голубине», хотя и «в телесном виде», то есть в явственном, видимом, вещественном виде (Мф.3:16; Лк.3:22). Почему явился Дух Святой в виде именно «голубя», у Святых Отцов существует несколько объяснений. Во-первых, – говорят они, – голубь птица кроткая и любящая чистоту: это символизирует смирение Господа Иисуса Христа, смирившеся до крещения от раба и очистившегося от «грехов мира» (Ин.1:29), взятых Им на Себя; во-вторых, в знамение примирения людей с Богом, подобно тому как Ной выпускал голубиц (причем один раз голубица возвратилась, не найдя себе сухого места, что могло ознаменать еще неготовность мира для примирения с Богом, а во второй раз же осталась с миром, то есть для спасения его Христовым искупленным, примирившим мир с Богом). И до нынешних дней голубь является символом мира, примирения. А для этого примирения собственно и пришел Господь на землю (2Кор.5:18–21): Он примирил нас с Отцом собственною Жертвою на Кресте.

Но этот символ – не единственный. В день Пятидесятницы Дух Святой сошел на апостолов в виде «как бы огненных языков» (Деян.2:3), что знаменовало приготовление апостолов к проповеди на разных языках и очищение огнем от греха. И огонь есть символ света, которым просветился на Фаворской горе Господь Иисус Христос (Мф.17:2; Лк.9:29); и праведных ожидает солнечный свет в Царстве Отца их, и который доселе почивает на угодниках Божиих, как, например, на преподобном Серафиме.

Но воротимся еще к воспоминаниям. Я расскажу о чудесном видении огня при крещении. Об этом случае я сам читал в рукописи усопшего епископа (бывшего Благовещенского) Иннокентия (Солотчина). В Алтайском крае нужно было крестить одного язычника. Это было в храме. Крестным отцом был дядя крещаемого. И вот в то время, когда священник освящал воду в чане и начал говорить слова «Сам и ныне приди и освяти воду сию Духом Твоим Святым», крестный со всею непосредственностью дитяти природы закричал: «Это и со мной было? И со мной было?» Что же он увидел? С купола церкви сошел в воду огонь и как бы растаял в ней… Потом доложили об этом чуде епископу, и он назначил комиссию для обследования совершившегося чуда. В эту комиссию и назначен был архимандрит Иннокентий, впоследствии епископ. Все в точности подтвердилось под присягой.

Следовательно, и теперь при крещении и вообще при освящении воды совершается такое же действие Духа Святого.

Еще припоминается другой случай, рассказанный мне самим очевидцем. В Париже, в архиерейском соборе, на день Богоявления совершали освящение воды. И при тех же словах из бочки выскочили бесы в видимом образе человека. Это своими глазами видел мой знаемый и друг, писатель П.К.Иванов, человек необычайной религиозности, прежде переживший и многолетнее безбожие.

Дивны дела Твои, Господи! Расскажу и про иконы. Мне пришлось видеть в храме Сергиевского подворья (в том же Париже) изображение, на котором Господь был изображен совершенно нагим, как об этом и говорится на службах на Крещение, – в полуоборот к Крестителю. Это имеет свой смысл, но о нем далее речь, когда мы сосредоточимся на богослужении. А в воде, в виде злого человека, попираемого Крещаемым Господом, лицом к смотрящим лежит диавол. И это до последующего.

Но для нас более известно необыкновенно, исключительно-восторженное (разве кроме пасхального христосования в храме, на утрени) настроение молящихся при освящении воды: с какою верой и жаждой они стремятся подставить свое лицо под окропление! Как они усердно черпают воду из кадок и ведер! Как они благодарны и радостны, когда в их бутылочки, чайники или просто на руку каплет хоть одна капелька с кропила! Какой восторг! Истинно плачется от радости… И понесут они потом святую воду по домам своим и окропят их…

И в этом водосвятии православные люди и видят собственно таинственный смысл Богоявления и Крещения. Пусть они не поняли паремий, пусть они не все уразумели в ектениях и молитвах чина освящения, но они и слышали блаженные слова «Во Иордане крещаюшуся Тебе, Господи», исполнились веры, радости, восторга и устремились за святой водой. Это привлекло их сюда в небывалом множестве! В этом они, по верному чувству, видят смысл крещения Господня. Но об этом тоже дальше скажу. Сейчас же только отмечаю, что православный народ приходил в храмы и во дворы именно для того, чтобы получить благодатную святую воду чтобы благодатию освятить свое жилище, чтобы хранить эту благодать Божию в бутылочках. И мы, еще детьми, бывало, бежим домой, закрывая руками в перчатках лица от крещенских морозов. Уже не заходили и в церковь, где должна еще заканчиваться литургия, – но нам уже не до этого, да мы и не знали того… А главное ведь совершилось: благодатная святая вода – в руках… А потом разговенье от вчерашнего поста… Тепло… Радостно на душе… Боже! Сколько у нас, верующих, красоты и смысла! Не хочу я забыть и еще одного небывалого обычая. Несмотря на лютый мороз и холодную, обжигающую воду, ежегодно находились люди, которые (предварительно раздевшись и накрывшись только верхней одеждой) после «Во Иордане» бросались в ледяную воду, откуда их вытягивали на снег и одевали. Иные бывали больными и хотели получить благодать исцеления, как расслабленный в течение тридцати восьми лет при Овчей Купели, исцеленный словом Господним (Ин.5:2–15), или как слепой от рождения, помазанный Спасителем брением от плюнования Его и умывшийся в Силоамской купели (Ин.9:1–7). Другие же хотели омыть свои грехи, особенно же хотели очиститься от святочных гаданий и греховных масок, что православные (и справедливо) считали «нечистым», демонским делом. И в этом, как увидим, есть свой смысл. Но эти купанья были не всегда.

А у греков в этот день был другой обычай: после освящения бросали крест в море – и несколько человек кидалось за ним; и кто находил крест, тому давали вознаграждение.

Насколько люди дорожат святой водой, видно из того, что даже (теперь) скрывающие свою веру хотят хоть у других тайком взять бутылочку ее себе.

А в прежнее время, в мою молодость, даже ежемесячно священники ходили по селу и совершали сокращенный чин водоосвящения, окропляя жилище… Помню, в день «Егория» (или Георгия, в «Юрьев день»), 23 апреля старого стиля, выгоняли лошадей и скотину на луг и освящали их. Помню, как хозяин окроплял священническим благословением и освящением поле, чтобы саранча или какие-нибудь зловредные жучки и букашки не испортили посева… Русь верила…

Еще хочу рассказать про необыкновенный случай со мной: Когда я был ректором в Таврической духовной семинарии, то после освящения воды в сочельник пошел я освящать многочисленные строения. И вот какое необычайное ощущение: я чувствовал себя … легким! Казалось, еще немного, и я полетел бы. Никогда ни о чем подобном я и не думал, нигде не читал, ни от кого не слыхал – и вдруг такое ощущение… Как это понять? Не знаю. Но тогда мне пришло следующее объяснение: это – плод святой воды, с которой я ходил по двору. И такое ощущение продолжалось долго со мной… Мне пришла тогда мысль: наша теперешняя тяжесть, или дебелость, есть результат нашей плотскости, нашего падения.

А вот же ходила по водам преподобная Мария Египетская, перенесен был по воздуху к Даниилу в ров пророк Аввакум с пищей, апостола Филиппа восхитил Ангел Господень и перенес в Азот от Иерусалима (Деян.8:39, 40). И сколько таких чудес случалось!

О подобном случае мне пришлось услышать позже, лет через двенадцать-тринадцать. Я был в Сербии, законоучителем, духовником и священнослужителем в учебном заведении. Однажды ко мне приходит ученик, лет пятнадцати, и говорит, что после нынешнего причащения он почувствовал, будто совершенно потерял свой вес. И он спрашивал меня, что это значит. Никто ему об этом не говорил, я же и сам никогда не испытывал после причащения ничего подобного, и в книгах нигде не читал, в молитвах же по причащении об этом нет и намека. Потому объяснить юноше это явление решительно не мог и предположил, что это плод причащения, одухотворение, подобное тому, какое произошло и после воскресения Господня: Он являлся и исчезал, проходил дверем затворенным, явился семи ученикам после ночной и бесплодной ловли рыбы и так далее. А причащение действительно сравнивается с воскресением Христовым, потому мы и читаем после причащения: «Воскресение Христово видевше», «Светися, светися…», «O Пacxa велия и священнейшая, Христе». Потом Господь вознесся. Апостол Павел был вознесен до третьего неба: «не то в теле, не то без тела, не знаю: Бог знает» (2Кор.12:1–5). И все это – еще на этой земле. Значит, возможны и для нас подобные состояния… Конечно, мы недостойны этого… Но сказал Иоанн Креститель: «Не мерою дает Бог Духа» (Ин.3:34).

Митрополит Вениамин (Федченков)

Источник